За мою жизнь, случилось три значимых события, изменивших меня.
Первое – это рождение ребенка. Событие, когда я поняла, что до конца своих дней – нет меня, есть мы.
Второе, в двухтысячном – встреча с духовником. Когда он заставил меня остановиться и осмотреться – я бегу по замкнутому кругу – ещё больше, ещё выше, ещё и ещё и всё одно и то же, только подлежащие разные.
Третье событие – это сенбернар. Человек Венец Творения? Не знаю. Но, я теперь, точно знаю - человеку надо заслужить, что бы получить душу собаки – слишком много в людях звериного. Возможно, нам повезло и наш сенбернар особенный, но он Сенбернар, а я всего лишь человек.
Я благодарна Создателю за его душу - душу Спасителя. И доказательство у меня есть.
Плакать я могу, но плакаться не умею. Пусть Барсик расскажет.
Сенбернар:
- Я не дам тебе сегодня обнимать мою голову! Я зову тебя гулять, а ты только и можешь, что обнять меня. Не одну неделю ты поглаживаешь меня, не замечая меня! Сегодня я не оставлю тебя в покое, до тех пор пока ты не выйдешь со мною хотя бы во двор! Не уже ли, ты не понимаешь, что страдая, ты заставляешь страдать и меня!
Сперва, я думал, что в чем-то провинился и тихонечко уходил в свою комнату. Затем, когда ты обняла меня и заплакала, понял, что это не из-за меня и лежа у твоих ног я старался понять – что случилось? Если хочешь - обнимай мою голову, возьми и мою лапу в придачу – только не грусти, пожалуйста.
До чего, я дошел – как дурень, бегаю вокруг тебя с вытянутыми в трубочку губами – Давай поцелуемся! Можешь поцеловать меня даже в нос – хотя, ты знаешь, как я это не люблю! Я приношу тебе наши любимые игрушки – ты автоматически берешь их в руки, прижимаешь их к груди и забываешь про них. Пол часа, ты смотришь на пустую стену, а я не отрываясь, смотрю на тебя. Вот, наши глаза встречаются и я шевелю бровями - домик слева, домик справа – я ожидаю, что ты, как всегда, расцелуешь каждый домик, притянув меня к себе зауши… А, ты же, только легонечко улыбаешься, встаешь, отдаешь мне игрушку, дотрагиваешься до меня, включаешь чайник, не глядя сколько в нем воды: много - ты приготовишь чай; мало – ты разведешь кофе.
Я не помню, когда ты хоть, что ни будь, ела! Я подхожу к вазочке с твоими любимыми вкусняшками, кладу голову на стол и «выпрашиваю», но есть, я буду, только после тебя (Ха-Ха, ты меня так воспитала)! Съешь сама и дай мне! На другое я не согласен!
Ты надолго уходишь, в дом своих родителей, а когда возвращаешься, от тебя сильно пахнет вет лечебнецей, прививками… Я принюхиваюсь, настораживаюсь – бррр, как не приятно. Я тебя туда не пущу. Попробуй меня сдвинуть – фигушки – твои пятьдесят пять, против моих девяносто! Ну и что, что ты просишь; ну и что, что ты сердишься – дверь ты не откроешь. Я знаю, что ты обманываешь меня – «гулять», «гулять» - но, я всегда надеюсь, а вдруг и в правду – «Гулять»! Я так рад даже этому слову, но ты бросаешь меня и спешишь к своей маме.
Говорят, «ей не долго осталось»… ты отказываешься в это верить… Правильно делаешь! Я тебе помогу.
Посмотри на моих соплеменников.
Мы не знаем, что такое «долго».
Мы тоже болеем, страдаем. Но мы ни на, что не жалуемся и ни на, что не надеемся.
Мы до самого конца стережем, охраняем, пасем, охотимся, любим, радуемся – пока есть силы вильнуть хвостом – мы живем!
Стань одной из нас!
Люби её, ухаживай, радуйся каждому дню, каждой встрече.
А сейчас, пойдем «Гулять»! И большой мячик возьми – Мышку Минисенту подразним!
Мне не в первый раз предстоит потерять, но я впервые способна любить, и впервые не себя.
